Миллион роз Донецка: как город вернул статус

Сижу на лавочке у входа в розарий – тот, что в центре, где раньше алые кусты пылали как костры. Половину срезали, половина побило морозом в девяностых, а дух всё тот же – густой, приторный, с ног валит.

Соседка баба Нюра прошла, буркнула: "Опять ты, Митяй, уставился на розы, как на старую любовь". Верно говорит – эти кусты древнее меня.

Вот что нужно сделать, чтоб вырастить розы в заводском городе и вернуть их миллион: берите колючие и холодостойкие, поливайте и закидывайте соломой в жару, не бойтесь сажать заново после каждой зимы.

Как дончане сажали миллион роз: шаг за шагом

В 1936 году газета "Социалистический Донбасс" напечатала: в розарии треста Зеленстрой расцвело 4 000 кустов, а скоро высадят ещё десять. Город тогда звался Сталино. Взрослые в телогрейках и кирзачах перетаскивали саженцы – хилые, в мешках, с корнями в земле. Соседи качали головами: "Не приживутся". А они прижились.

К 1959 году наши розы повезли на ВДНХ в Москву – лучшие сорта из Сталино, рядом с крымскими. Показывала их Матрена Андреевна Матюха – баба в платке, руки в мозолях. Она растила этот розарий больше двадцати лет.

В шестидесятых засуетились городские вожди. Первый секретарь обкома Владимир Дегтярёв увидел в Париже, в Версале, розарии – полмиллиона кустов.

Вернулся и рявкнул: "В Донецке будет миллион – по одному на каждого". Вместе с первым директором Ботанического сада Евгением Кондратюком затеяли озеленение. Комсомольцы с лопатами да лейками сажали, город отпускал рубли.

К началу семидесятых Донецк прослыл "городом миллиона роз" – больше миллиона кустов. В 1970 году ЮНЕСКО назвала Донецк самым зелёным промышленным городом на свете. Розы стояли на бульварах, в парках, прямо у шахтных стволов. По утрам от них голову кружило – до сладкой тошноты.

В девяностые лютые зимы – под тридцать – побили половину. Бабы с авоськами, мужики с лопатами растащили кусты по дачам: "моё бери". К середине девяностых город прозвали "миллиардом одуванчиков".

В 2009 году мэр Александр Лукьянченко воротил звание: на "Донбасс Арене" пересчитали цветы – 1 012 000 кустов. Город устроил праздник "Розы Донецка". Кузнецы у раскалённой печи, прямо напротив горисполкома, сковали железную розу в рост человека – лепестки из листового железа, стебель из прута.

Расскажу, как было в 1979 году. Я тогда подрабатывал в Зеленстрое – таскал лейки, резал шипы секатором. Привезли нам свежие сорта из Никитского сада: красные, густые, ветер держат. Половина засохла – корни спеклись в жару. Земля у нас чернозём, но сухой, как порох из ружья. Мы с пацанами по ночам, когда спадал жар, поливали из леек, укрывали соломой с соседнего тока.

Дед Вася, старый садовник, весь в морщинах, ворчал: "Эти розы – как наши дончане: шипы колючие, а цветут, пока не переломишь". Выжили те, что поколючее – тёмно-зелёные, с толстыми иглами. Через год на выставке в Москве их нахваливали – "донецкие, из шахтёрского города".

Доктор исторических наук Елена Стяжкина толковала: работа в забое – каторга, угольная пыль, аварии, сосновые гроба. А розы – лёгкие, живучие, с шипами.

Они как цветы на могильном холмике: мол, жизнь не одним углём. Роза – знак Англии, Тюдоров, мира. А Донецк основал Джон Юз, англичанин в цилиндре. Просто так? Дегтярёв хотел герб с розой, копрами и терриконами – вывешивали на обкоме, но взяли молоток и руку.

В 2014 году война пришла – обстрелы, вода пропала, свет отключили. Розы вымерзали в воронках от снарядов, люди в телогрейках сажали новые. В 2025 году город ворочает звание: каждый год тысят кустов, акция "Донецку – миллион роз", саженцы везут из областей грузовиками.

Кузнец Виктор Михалёв куёт розы из осколков – "Розу Донбасса": лепестки из минных кусков, стебель из гильзы. Знак жизни сверх смерти. Стоят такие розы в кабинетах, дарят бабам, одну в Тобольске призом взяли – железную статуэтку.

Почему розы выживают в заводском аду

Тут хитрость в споре. Розы любят тепло, а чернозём у нас в глубину ушёл на 120 см и воду пропускает – только не пересушивай. Шипы не то что от собак берегут – они стволам влагу копят в засуху.

Сорта из Никитского сада (вот те махровые красные, с бархатными лепестками) мы пробовали ветром и морозом: от −25°C зимой до +38°C летом. В 1979 году гибли те, у кого корневая шейка гнила – мало соломы клали, всего в ладонь.

А надо слой в две ладони (10-15 см) и полив ночной по каплям: лейка с дырочками или шланг с наконечником, чтоб капало мелким дождичком. Дед Вася учил, пальцем корявым тыкал: "Под корень лей, а не на листья – сожжёшь, пойдут жёлтые пятна". Так и выжили самые шипастые – с колючками в полсантиметра.

А зачем миллион? Толпа роз сама себе погоду делает: испаряют – и в жару прохладнее на 2-3°C, и мороз притупляют до −20°C вместо −25°C. Так и работали тысячи кустов: каждый лист с ладонь, и каждый испарял воду.

В 1970 году ЮНЕСКО признало такое вот сочетание: розы вытягивают заводскую гарь (сернистый газ – тухлыми яйцами воняет, угольную пыль – чёрный налёт) лучше сосен, потому что лист плотный, с восковым налётом, на солнце блестит. А шиповник выделяет свои вещества – они давят грибок в земле, оттого розы реже чернеют в сплошных посадках.

От чего розы гибли (и как обходились в Донецке)

• Посадили и бросили на первую зиму – в девяностых кусты кидали как попало, корни вымерзали в труху. Как чинили: присыпали землёй сантиметров на 20-25 – высотой в два кирпича, укрывали лапником – сосновыми ветками.
• Резали слишком часто – в шестидесятых гнались за цветом, а кусты хирели. Дед Вася резал только сухие прутья – бурые, как старые ветки, а живые, колючие, зелёные с краснинкой – не трогал: они снег лучше держат.
• Полив в полдень – капли на листьях как линзы, жгут, остаются белые сухие пятна. В Зеленстрое поливали после заката, когда тени длинные, по 10-15 литров под куст – два ведра из ржавой бочки – раз в три дня в жару.
• Сажали в низинах – там холодный воздух застаивается, как вода в яме. Все донецкие розарии лепили на возвышенностях: бульварах, парковых холмах, где ветер гуляет.

Памятка: как заставить розу жить на сухом чернозёме, под ветром и взрывами

• Берите сорт с толстыми шипами – чтоб как иголки от швейной машинки, – и тёмно-зелёными, жёсткими листьями, как у дуба.
• Сажайте в апреле, когда снег стаял, или в октябре, как листопад пройдёт. Копайте яму в штык лопаты (50 см), на дно камни для стока – керамзит.
• Укройте соломой на 10 см – охапкой с поля – или скошенной травой.
• Поливайте вечером, под корень, тёплой отстоянной водой – из бочки, что за день нагрелась.
• На зиму окучьте землёй на 20-25 см – холмик с кулак высотой, сверху набросьте укрывную ткань.
• Весной режьте только замёрзшие да поломанные побеги – чёрные и сухие, как спички.

В 2025 году парнишка лет десяти, в драных кедах, спрашивает: "Дядя Митяй, а розы в войну цветут?" – "Цветут, сынок. Шипы палец до крови колют, а цветут. Как мы". Через год, глядишь, выведут сорта, что и холода, и пуль не боятся – лепестки как броня. Но это уже другая история. Живёт пока – и ладно.

Ваш Митяй, который видел